Навигация

Главная страница

Библиография

Тематика публикаций:

» Историография
» Теория и методология истории
» История общественной мысли
» Церковная история
» Монографии, книги, брошюры

Историческая энциклопедия

Источники

Полезная информация

Выписки и комментарии

Критические заметки

Записки, письма, дневники

Биографии и воспоминания

Аннотации

Обратная связь

Поиск по сайту


Статьи

Главная » Статьи » Тематика » Теория и методология истории

Периодизация политической истории России в освещении Б.А. Трехбратова и Н.П. Шуранова

НЭИ "Российская историография" предлагает читателям ознакомиться со взглядами докторов исторических наук,Заслуженных деятелей науки РФ Б.А. Трехбратова [1] и Н.П. Шуранова [2] на периодизацию политической истории России. Материал подготовлен Л.Л. Кузевановой.

Б.А. Трехбратов в истории российской государственности до октября 1917 года выделяет шесть периодов.

Первый период: IX век—30-е годы XII века. Это время существования древнерусского государства с центром в Киеве в форме раннефеодальной монархии. Начало этого периода невозможно определить точно. Большинство дореволюционных историков (В.Н.Татищев, М.Н. Карамзин, С.М. Соловье» и др.) исходным пунктом восточно-славянской государственности считали 862 год — время «призвания» варягов. Антинорманисты считали неправомерным вести начало российской государственности с момента «призвания». Советские историки, как правило, стояли на таких же позициях.

Б.А. Трехбратов подчеркивает, что образование государства не могло быть единовременным актом, а представляло собой длительный процесс перехода от первобытно-общинного к классовому обществу, главным институтом которого и являлось государство. С другой стороны, последнее - непременный продукт внутреннего развития общества. О начале этого процесса можно говорить с VI века н. э., когда у восточных славян образовались такие территориально-политические объединения как Куява (Куяба), Славия, Артания, антский и волынянский (дулебский) племенные союзы, являвшиеся предшественниками первого государства у восточных славян. По разным причинам эти объединения распались, но их существование свидетельствует о том, что развитие восточно-славянских племен шло по пути консолидации, и что в их внутреннем строе уже появились силы, способные к государственному единению.

На рубеже VIII-IX вв. из полутора десятков племенных союзов образовалось государственное образование, просуществовавшее свыше трех столетий. Оно выдержало натиск воинственных кочевников, политическое и религиозное давление Византийской империи, проникновение варяжских дружин.

По внутренней структуре это государство представляло раннефеодальную монархию. Во главе него находился великий киевский князь (после 882 г.), которому подчинялись князья бывших самостоятельных племенных союзов. Определенную роль в управлении играло боярство, выросшее из дружинной среды. При Владимире I получила распространение система наместничества, когда киевский князь направлял для управления отдельными территориями своих сыновей.

По своей территории древнерусское государство являлось крупнейшим в Европе. Оно было достаточно развито и экономически и культурно. Киевская Русь успешно оборонялась от врагов. Однако большие территории государства были слабо связаны между собой. Единство, в основном, поддерживалось в совместной борьбе с внешней опасностью. Но как только она ослабевала в Киевской Руси усиливались центробежные тенденции (1054-1093 гг.). Окончательный распад Киевской Руси произошел в 30-х годах XII века.

Второй период: 30-е годы XII века-конец XV-начало XVI века. Он характеризуется политической раздробленностью, созданием на территории бывшей Киевской державы примерно полутора десятков самостоятельных княжеств и феодальных республик. В дальнейшем они дробились еще на более мелкие политические единицы. Если первый этап дробления способствовал дальнейшему экономическому и культурному развитию новых образований, то второй этап дробления княжеств диктовался политическими амбициями отдельных князей и бояр. Политическое устройство вновь образовавшихся государств было двояким: монархия с сильной (Владимиро-Суздальское княжество) или слабой (Галицко-Волынская земля) властью великих князей и феодальные республики (Новгородская и Псковская), где власть князя была номинальной. Купеческо-боярская олигархия в феодальных республиках не могла властвовать безраздельно и вынуждена была опираться на решения народных собраний.

В этом почти четырехсотлетнем временном промежутке выделяется домонгольский этап (30-е годы XII века — конец 30-х— начало 40-х годов XIII века), отличавшийся высокими темпами социально-экономического, политического и культурного развития.

Татаро-монгольское 240-летнее иго затормозило этот процесс. Нашествие степняков привело к разрушению хозяйства, гибели десятков тысяч людей, утрате материальных и культурных ценностей, к консервации удельных порядков.

Б.А. Трехбратов не согласен с мнением Л.Н. Гумилева о том, что "татаро-монгольское иго способствовало более быстрым темпам собирания русских земель и было в целом явлением прогрессивным". По его мнению, политическое объединение русских земель "произошло не благодаря татарам", а вопреки им. Ссылаясь на Ф. Энгельса, он подчеркивает, что в отличие от европейских стран «в России покорение удельных князей шло рука об руку с освобождением от татарскою ига, что было окончательно закреплено Иваном III». В то же время, Б.А. Трехбратов отмечает, что "необходимость борьбы с ордынцами подстегнула в какой-то степени политическое объединение, но экономическая интеграция было делом далекого будущего. В этом заключалась особенность образования на рубеже XV-XVI вв. Российского централизованного государства в отличие от таких же государств в Западной Европе, где этот процесс происходив более естественно, без отягчающего влияния Золотой Орды".

Третий период: середина XVI - конец XVII вв. - время функционирования сословно-представительной монархии. На первом этапе правления Ивана Грозного (1533—1564) монархическая власть не была достаточно прочной не только из-за молодости царя, но, главным образом, в силу объективных обстоятельств, диктуемых переходом от раздробленности к единой государственности. Именно этими объясняется появление Земских Соборов, впервые инициированных правительством Адашева-Сильвестра. В 1549 году созывается т.н. Собор примирения — сословно-представительный орган. Его главная функция - стать опорой новой центральной власти в ее борьбе с неизбежным в тогдашних условиях сопротивлением удельно-княжеских кругов, не желавших поступаться своими привилегиями.

Однако представительство это было неполным: не были представлены депутаты от городского и торгово-ремесленного населения; присутствовавшие же не прошли процедуру избрания. Однако значение появления Соборов в общественно-политической жизни России (термин «Россия» появляется с конца XV в.) трудно переоценить. С этого времени ни одно более или менее важное государственное решение не принималось без санкции представителей господствовавших классов. Важно и другое: произошла "передвижка властных функций внутри самого господствовавшего класса от аристократических кругов к менее родовитым дворянам", в лице которых первый российский царь нашел поддержку своей к власти. Земский Собор примирения дал возможность правительству Ивана Грозного лавировать между дворянством и боярством - оно усилило первое за счет ослабления второго. Безусловно, данный Собор не был парламентом в современном смысле слова. Этим "изобретением" пользовались и преемники Ивана IV, включая царя Алексея Михайловича. Но опора на земские соборы продолжалась только до тех пор, пока самодержавная власть не укрепилась окончательно. Когда же это произошло, необходимость и их созыве отпала. Сначала их собирают все реже, а затем (в конце XVII в.) и вовсе отказываются от их услуг. При Петре I они не собираются вовсе.

Четвертый период начинается правлением Петра I (конец XVII века - 1725 г.) и заканчивается апрелем 1906 года. Это время существования абсолютной монархии. Переход к ней сопровождался не только отказом от созыва земских соборов, но также и разгоном Боярской думы, ущемлением прав и привилегий церкви, дальнейшей централизацией управления.

Пятый период связан с событиями первой буржуазно-демократической революции, когда под напором народного движения правительство Николая II вынуждено было объявить о созыве Государственной думы—представительного законодательного учреждения с ограниченными правами [27 апреля 1906 г. (1-я Дума) - 6 октября 1917 г.(последняя, 4-я Дума)]. В это время Россия постепенно превращается в буржуазную монархию при сохранении политического всевластия царя.

Шестой период начался в феврале 1917 года в ходе второй буржуазно-демократической революции, приведшей к падению монархии, а затем и установлению буржуазной республики. Закончился этот период в октябре этого же года с приходом к власти большевиков в результате Октябрьской революции.

По логике периодизации, предложенной Б.А. Трехбратовым, далее должен идти седьмой период (1917-1991 гг.). Н.П. Шуранов предложил свою концепцию этого периода. По его мнению, ключевым положением данной концепции является признание недостаточной цивилизованности страны для перехода к новому общественному строю, провозглашенному большевиками в октябре 1917 г. Видимо, не зря Г.В.Плеханов и А.М.Горький призывали большевиков не брать власть. С другой стороны, как отмечали В.М.Чернов, И.А.Бердяев, власть могли взять только большевики, которым она, по выражению А.И.Деникина, упала в руки, "как спелый плод".

Тем самым как бы свершилась "перестановка последовательности действий в историческом процессе. Власть, как признавал Ленин, была завоевана до со­зревания необходимых общецивилизационных условий для перехода к созданию новою общественного строя". Именно поэтому, для преодоления российской отсталости, и был намечен план ГОЭЛРО, а новая экономическая политика (НЭП) помогла преодолеть послевоенную разруху. Кроме того, планировалось осуществление кооперирования в деревне, что могло в дальнейшем обеспечить создание высокотехнологичного крупного произ­водства и повышение уровня цивилизованности в сельском хозяйстве. Такие значительные преобразования могли произойти только при серьезном повышении образовательного, культурного уровня на­рода («культурная революция»). Таким образом, в России сформировалась концепция "кооперативного социализма".

Однако эта концепция не была использована на практике. Под влиянием Сталина развитие страны пошло по пути построения государственного социализма, "да еще и извращенного и омраченного беззакониями и репрессиями". Кроме того, внешние обстоятельства оказали решающее влияние на развитие внутренней политики в стране (советско-японский конфликт 10 июля 1929 на КВЖД и др.). СССР пришлось тратить огромные средства на усиление своей обороноспособности. Поэтому принятый в апреле-мае 1929 года первый пятилетний план развития народного хозяйства был подвергнут серьезному пересмотру, был взят курс на форсированную индустриализацию, в основном, за счет деревни в ходе беспощадной коллективизации сельского хозяйства. Усилилось централизованное планирование, обычным стало применение репрес­сивных методов руководства, восторжествовала, во многом, традиционная для России идеология «осажденной крепости», исключительной миссии страны в преобразовании мира.

Проводившаяся за счет снижения жизненного уровня масс политика давала, в целом, впечатляющие количественные результаты. Если в 1885 —1913 годах сред­негодовой прирост валового национального продукта составлял 3,4 процента, в том числе на душу населения 1,7 процента, то в период отхода от НЭПа и становления командно-административной системы валовый национальный продукт возрастал ежегодно на 5,1 процента, а на душу населения на 3,1 процента. Тем самым создавалась основа "для утверждений о «преимуществах социализма» и восхваления вдохновителя осуществлявшейся политики". Как ни парадоксально, но усиленная централизация и командно-административные, военные методы руководства народным хозяйством и жизнью страны обеспечили мобилизацию всех сил и резервов на ее защиту в годы Великой Отечественной войны и после­военное восстановление народного хозяйства.

Попытка преодоления сталинской модели социализма при Н.С. Хрущеве (1953-1964) не получила развития, а при Л.И. Брежневе (1964-1982) вообще была "похоронена". Преобразования, осуществлявшие при Ю.В. Андропове, были кратковременными, поэтому трудно сказать о них что-либо определенное. Ясно было одно—модель государственно-бюрократического социализма исчерпала свои возможности. Горбачевская же перестройка (1985-1990 гг.), получившая на первых порах поддержку насе­ления, провалилась. К таким же, примерно, резуль­татам пришли и другие социалистические страны. В связи с этим, Н.П. Шуранов высказал предположение о том, что "развитие кооперативного социализма, очевидно, могло быть более жизненным".

Вместе с тем, данный историк не склонен идеализировать модель современной капиталистической циви­лизации. При этом он ссылается на материалы Конференция ООН по окружающей среде и развитию, состоявшейся на уровне глав государств и правительств в июне 1992 года в Рио-де Жанейро. Конференция констатировала, что «мировое сообщество стремится отойти от нерациональных моделей развития». В принятой конференцией Декларации прямо говорится: «Чтобы добиться устойчивого развития и более высокого уровня жизни для всех народов, государства должны уменьшить и исключить не способствующие устой­чивому развитию модели производства и потребления». Главный вывод Н.П. Шуранова: пред­стоит огромная работа по выработке новой концепции развития российской цивилизации на основе исторических традиций и реалий современности.

ПРИМЕЧАНИЯ

1.Трехбратова Б.А. Периодизация политической истории России (От Киевской Руси до октября 1917 г.) //РИЖ, 1996,№2.-С.7-11.
2.См. Шуранов Н.П. О концепции истории России советского периода //РИЖ, 1996,№2.-11" style="">С.11-15.

©Кузеванова Лариса Леонидовна, пояснительная записка, составление, реферирование, заголовок, 2011

См. монографию "Методология истории: академизм и постмодернизм".

Список некоторых работ Л.Л. Кузевановой:

Кузеванова Л.Л. Абалихин Борис Сергеевич 1930-1994).

Кузеванова Л.Л. Загадки "Катынского дела". Материалы к размышлению.

Кузеванова Л.Л. Збигнев Бжезинский: "США находятся сейчас в той же ситуации, в которой находился СССР в 1980-е годы". litres" target="_blank" alt="litres.ru" title="litres.ru" style="">litres.ru" title="litres.ru" style="">Книга старейшины политологии.

Кузеванова Л.Л. Коллаборационизм.

Кузеванова Л.Л. Лашнюков Иван Васильевич 1823-1869).

Кузеванова Л.Л. Масштабы репрессий и демографические потери в СССР (1937–1945 гг.). О размышлениях Кропачева Сергея Александровича.

Кузеванова Л.Л. Мюнхенский сговор 1938 года и Вторая мировая война: современный взгляд.

Кузеванова Л.Л. Отечественная война 1812 года: взгляд из ХХI века.

Кузеванова Л.Л. Периодизации русско-скандинавских отношений IX-XI веков в трактовке Т.Н. Джаксон.

Кузеванова Л.Л. Периодизация политической истории России в освещении Б.А. Трехбратова и Н.П. Шуранова.

Кузеванова Л.Л. Платонов Сергей Федорович о возможностях истории как науки.

Кузеванова Л.Л. Причины распада СССР: историчны ли оценки Крейга Робертса?

Кузеванова Л.Л. Российская империя и СССР: были ли объективные причины для распада? Исследование Михайловой Натальи Вячеславовны.

Кузеванова Л.Л. Тайна миссии Рудольфа Гесса. Версии С. Турченко и Г. Городецкого.

Кузеванова Л.Л. Халиулин Герман Григорьевич 1929-1994).

Кузеванова Л.Л. Харитонов В.Л. об интеллектуальных ресурсах Русской революции 1917 г.

Кузеванова Л.Л. Черепнин Лев Владимирович об исторических фактах, «лаптеведении» и тоне дискуссии.

Кузеванова Л.Л. Шуранов Николай Павлович 1922-2011).

Кузеванова Л.Л. Этнические особенности казачьих групп в освещении Натальи Николаевны Великой.

Кузеванова Л.Л. Юрий Сергеевич Пивоваров: "Мы не имеем права относиться к русской истории как к девиантной истории».

| Дата размещения: Сегодня |


Аннотации

» См. все аннотации

© НЭИ "Российская историография", 2017. Хостинг от uCoz.