Навигация

Главная страница

Библиография

Тематика публикаций:

» Историография
» Теория и методология истории
» История общественной мысли
» Церковная история
» Монографии, книги, брошюры

Историческая энциклопедия

Источники

Полезная информация

Выписки и комментарии

Критические заметки

Записки, письма, дневники

Биографии и воспоминания

Аннотации

Обратная связь

Поиск по сайту


Статьи

Главная » Статьи » Тематика » Церковная история

Игуменья Мария (Мандрыка, 1841-1920): жизнь и судьба

Балашовская Покровская женская обитель была одной из самых ценных духовных жемчужин Поволжья. Пересекая святые ворота, посетители попадали в иной мир: поражали тишина и покой, наполнявшие обширную территорию обители, монастырские здания утопали в зелени огромного фруктового сада. По дорожкам, казалось, бесшумно передвигались монахини и девочки из приюта, лица которых светились добротой и какой-то внутренней радостью. Тишину прерывали только шелест листьев, щебетание птиц да мелодичный перезвон колоколов монастырской церкви.

У входа в настоятельский корпус гостей обязательно встречала сама игуменья Мария - небольшого роста женщина, в монашеских одеждах. Говорила игуменья мало, но каждое ее слово западало в душу. Несмотря на внешнюю суровость, она была очень добрым и милосердным человеком.

Вот что писала баронесса Прасковья Григорьевна Розен игуменье Марии, находясь 29 мая 1896 г. на пароходе "Россия", на пути в Иерусалим: "Я не скрою от тебя, дорогая сестра Мария, что была проникнута особенно грустным чувством при воспоминании о Балашове, т.е. о тебе, моя незаменимая мать и добрый друг". "Прося у Бога помощи, - продолжала она, - перекрестила и тебя мысленно, прося Царицу Небесную хранить тебя для счастья вверенных тебе сестер... Слезы невольно полились, и я, сидя на палубе и глядя на Одессу, удаляющуюся от нас, пришла к мысли о том, что, может быть, я уже не услышу более звона русских колоколов, не увижу более и родного мне Балашовского Покровского монастыря".

Читая эти пронзительные строки, написанные более ста лет назад, начинаешь понимать - насколько дороги были Покровский женский монастырь и его настоятельница людям, хоть однажды побывавшим в городе на Хопре.

Каков же был жизненный путь игуменьи Марии, ставшей духовной матерью и мудрой советчицей женщинам и девушкам, попавшим в трудную, подчас трагическую, жизненную ситуацию? Чем жила и как развивалась святая обитель на Балашовской земле?

Монастырь был образован Св. Синодом в октябре 1884 г. на базе Покровской женской общины. В этом же месяце монахиня Мария (в миру Екатерина Захаровна Мандрыка) была назначена начальницей, а в феврале 1885 г. удостоена сана игуменьи и утверждена настоятельницей обители. Игуменский жезл Марии вручал ее добрый и мудрый наставник Преосвященный Павел, епископ Саратовский и Царицынский.

Становлению и развитию монастыря в Балашове игуменья Мария отдала почти тридцать пять лет своей жизни. В это время ей пришлось испытать многое: и радость созидания, и горечь потерь дорогих ее сердцу сестер, хозяйственные неурядицы, предвзятое, несправедливое отношение к монастырю со стороны равнодушных чиновников и финансовых дельцов. Пришлось настоятельнице пережить и самое страшное – разорение и гибель святой обители после катастрофических событий октября 1917 г. Вот почему в местную церковную историю игуменья Мария вошла как первая и единственная настоятельница Балашовской обители.

Рассматривая старую, пожелтевшую от времени, фотографию игуменьи Марии, пытаешься разгадать - кем же была эта хрупкая, но в то же время, очень волевая женщина? Как ей удалось в небольшом уездном городе создать монастырь-сад? Почему она посвятила всю свою жизнь обездоленным и сиротам?

Ответ нужно искать в биографии игуменьи Марии. Родилась она в 1841 г. в Оренбурге, в небогатой дворянской и очень набожной семье, принадлежавшей по отцовской линии к старинному казачьему роду. Ее отец, Захар Николаевич Мандрыка, был есаулом Оренбургского казачьего войска, умер молодым в 1844 году, когда Кате было всего три года.

С детства она познала, что такое сиротство и бедность, что значит лишиться отцовской поддержки. Можно представить, как замирало ее сердце, когда она видела на улице счастливо смеющихся, красиво одетых девочек, которых брали на руки их отцы – блестящие офицеры или преуспевающие чиновники, когда в ярко освещенных окнах мелькали фигурки детей, поглощенных веселыми играми и развлечениями.

На тревожные вопросы девочки, мама отвечала: «Все во власти Божией, доченька!». Благодаря матери, Катя знала много молитв, очень любила церковные службы, подолгу созерцала прекрасный образ Пресвятой Богородицы. Не здесь ли истоки той горячей христианской любви и сочувствия, которыми на всю жизнь прониклась игуменья Мария к бедным и несчастным людям?

Большое положительное влияние на формирование характера Екатерины оказал ее дедушка – Николай Яковлевич Мандрыка, герой Отечественной войны 1812 года, боевой генерал. После смерти сына Захара, он пригласил невестку и внучку жить к себе, в Казань, где проходил военную службу. Семья, живя на одно жалование, вела весьма скромный образ жизни, неукоснительно соблюдала православные традиции, формировала в детях преданность Отечеству и Святой Церкви.

По инициативе Николая Яковлевича в 1848 г. Екатерина начинает учиться в Казанском Родионовском институте благородных девиц, знаменитом своей почти спартанской системой обучения и воспитания, основанной на принципах святоотеческой педагогики. Институтские наставники быстро разглядели в Кате высокоодаренную личность, не по годам серьезное и ответственное отношение к жизни. После окончания института Екатерина продолжает еще несколько лет жить в доме деда.

Но вот настал переломный момент в ее жизни. В 1861 году, двадцатилетней девушкой, Екатерина поступает в Свияжский Иоанно-Предтеченский монастырь. Вероятно, это был сознательный выбор, закономерный итог ее длительных размышлений и наблюдений. В немалой степени это решение было связано с тем, что в обители проживала ее тетя, монахиня Эсфирь (в миру Елена Николаевна Мандрыка), которая была для молодой девушки непререкаемым нравственным авторитетом, примером милосердия и всепоглощающей любви к Богу и ближним.

Позднее Екатерине посчастливилось проходить послушания в очень известном до 1917 г. Богородицком девичьем монастыре Казанской епархии. Указом духовной консистории в 1868 г. она была определена послушницей, а в 1871 г. «облечена в рясофор». 9 декабря 1882 г. произошло событие, окончательно закрепившее выбор жизненного пути – пострижение в монахини с именем Мария.

Одним из свидетельств духовной зрелости и творческой одаренности монахини Марии стала икона Пресвятой Богородицы «Скоропослушница», написанная ею перед отъездом в Балашов к новому месту служения, когда ей было уже более сорока лет. Как рассказывала сама Мария, «два раза во сне она видела саму Божию Матерь, приказывавшую написать эту икону, в третий раз видела св. Тихона, который напомнил ей, что нужно исполнить волю Владычицы». Икона, написанная более ста лет назад, до сих пор поражает своей красотой – от нее невозможно оторвать глаз. В настоящее время она находится в церкви Ярославских Чудотворцев г. Казани.

Таким образом, перед тем как стать настоятельницей Балашовского Покровского монастыря, монахине Марии пришлось преодолеть немало жизненных испытаний, пройти большую и сложную школу монастырской жизни, смысл которой заключается «в наиболее полном единении с Господом через исполнение заповедей о всецелой любви к Богу и ближнему путем аскетического делания, переданного святыми отцами и осуществляемого благодатью Святого Духа в Церкви».

Игуменья Мария обладала замечательным даром общения с окружающими, что притягивало к ней множество людей, в том числе и благотворителей, становившихся верными друзьями монастыря. Так, настоятельница сумела увлечь балашовцев идеей возведения величественного монастырского Покровского собора, прообразом которого был Казанский Воскресенский храм, который очень полюбился Марии в то время, когда она училась в Родионовском институте и жила в доме дедушки. И вот, спустя три года после своего назначения, в 1887 году, в Балашове, с помощью жертвователей, других неравнодушных людей, начинается грандиозное строительство по всем меркам уникального храма. Сохранившиеся фотография и планы строительства собора свидетельствуют о том, что игуменья Мария подошла к его возведению творчески, внеся в проект необходимые изменения, вызванные главным образом постоянным ростом числа монастырских насельниц.

В 1893 г. случайно, в поезде, Мария встретила баронессу П.Г. Розен, бывшую игуменью Митрофанию. После неспешной беседы она поняла, что Прасковья Григорьевна глубоко страдает от обрушившихся на нее жизненных невзгод. В свое время она совершила трагическую ошибку, за что в 1874 г. была осуждена судом присяжных на 14 лет ссылки в Сибирь, а Св. Синод лишил ее сана игуменьи, монашеского звания, всех наград, в том числе наперсных крестов и права ношения камилавки. В письме к игуменьи Марии П.Г.Розен так писала об этом: "С меня взяли в консистории подписку, что я не буду подписываться монахиней и игуменьей Митрофанией, а в официальных бумагах именоваться баронессой Прасковьей Григорьевной Розен... Кресты и камилавку велели снять, и я надела маленькую шапочку. Кресты, как мою собственность, мне возвратили с обязательством не носить их".

Конечно, такой удар судьбы не мог не отразиться на здоровье Прасковьи Григорьевны. К моменту встречи с Марией она была уже пожилой и очень больной женщиной, с трудом передвигавшейся из-за хронического ревматизма ног, тяжело переживавшей неустроенность и одиночество. Многие люди, считавшиеся друзьями баронессы, отвернулись от нее, в тяжелейший момент ее жизни не подали руку помощи, не нашли слов утешения.

Понимая все это и глубоко сочувствуя страданиям П.Г. Розен, игуменья Мария пригласила ее погостить в Балашовском монастыре. Живя в монастырской тишине и покое, окруженная искренней заботой и вниманием, женщина постепенно оттаивала душей, возвращалась к нормальной жизни.

В одном из своих писем к игуменье Марии баронесса с особой благодарностью вспоминала "добрую Серафиму", которая ухаживала за ней, когда она болела. Видимо, речь шла о монастырской насельнице Серафиме Приваловой. В 1919 г. она упоминалась в списке работниц Покровской трудовой артели, созданной игуменьей Марией после закрытия монастыря.

После восстановления сил у П.Г. Розен снова появилась энергия для свершения добрых дел. В 1896-1898 гг. баронесса осуществила длительную паломническую поездку в Иерусалим. Находясь вдали от Родины, она не забывала о Балашовской обители. Все 110 писем к игуменье Марии наполнены светлыми воспоминаниями о монастыре, где она лучше всего себя чувствовала и где мечтала быть похороненной. Прасковья Григорьевна часто думала о полюбившемся ей монастырском домовом храме во имя Казанской иконы Божией Матери и даже видела его во сне, в нем раздавалось "сладостное пение "Заступница усердная"".

В Иерусалиме баронесса, специально для Балашовского Покровского монастыря, написала несколько икон. Кроме того, в Иерусалиме П.Г. Розен трудилась над сооружением точной копии с Голгофской святыни, то есть Распятия Господня с предстоящими. Свой труд П.Г. Розен в основном завершила к концу 1897 г. 30 ноября ее келью посетил патриарх Иерусалимский Дамианос в сопровождении шести архимандритов, двух диаконов и трех профессоров семинарии. "Новую Голгофу" они оценили как "достойный памятник иерусалимской Голгофы и всей Палестины". 17 февраля 1898 г. патриарх Дамианос подарил баронессе золотой крестик "для помещения на Голгофе". Надо думать, по совету патриарха в основание «Голгофы» были положены до полутораста камней - с Голгофы, с места обретения Св. Креста, из Гефсиманского сада, от гробницы Лазаря, от Гроба Божией Матери и других святых мест Палестины.

По окончании работы святыня была пожертвована в Балашовский Покровский женский монастырь, как и драгоценные иконы, другие иерусалимские святыни (доставлены в обитель 27 сентября 1898 г.). Вероятно, после возвращения в Россию в июне 1898 года, баронесса около года жила в Балашовском монастыре. К сожалению, мечте П.Г. Розен найти там упокоение не суждено было сбыться: во время сборов из Москвы в Балашов 12 августа 1899 г. она внезапно скончалась в доме своей сестры Софьи. Отпевали ее как Параскеву (так на греческом языке звучит имя Прасковья) и похоронили с почестями рядом с церковью Покрова Пресвятой Богородицы в Покровском (Рубцове), напротив алтаря.

Во всей своей разносторонней деятельности игуменья Мария опиралась на мудрые советы своего наставника и учителя Преосвященного Павла (Вильчинского), известного в России церковного деятеля. В 1902 г. по состоянию здоровья епископ ушел на покой и поселился в Балашовской обители, прожив там шесть лет, до самой своей смерти. Жил он в небольшом деревянном домике посреди фруктового сада. Дом соединялся галереей с домовой церковью. Будучи на покое, он продолжал подавать окружающим пример великого постничества и смирения. Многие люди приходили к мудрому старцу за советом и всегда получали его.

Владыка Павел, несмотря на «многонемощность», постоянно находился в трудах – молитвенных и литературных. Его перу принадлежали многие статьи и трактаты «по богословским, нравственно-догматическим вопросам», написанные в монастыре и опубликованные в «Саратовском духовном вестнике» и других изданиях.

Горестные известия о начавшихся в 1905 г. революционных событиях и злодейском убийстве в 1907 г. двух балашовских монахинь сильно подорвали его и без того слабое здоровье. Преосвященный Павел умер в ночь с 3 на 4 июня 1908 г. на 82-м году жизни. В последний путь усопшего провожали многочисленные духовные лица, в том числе прибывшие из других епархий, сестры обители, а также большое количество горожан. Горечь утраты была настолько велика, что протоиереи А.В. Шанский и И.А. Дентовский, произнося надгробные речи, «содрогались от рыданий и душивших их слов», а И.А. Дентовский «упал на гроб и старческим голосом взывал: «к кому я теперь пойду с своей нуждой, с своим горем в моем одиночестве!». Преосвященный Павел был погребён в особом склепе, устроенном игуменьей Марией в правом приделе строящегося монастырского Покровского собора.

По неотложным делам монастыря игуменье Марии пришлось дважды встречаться с императрицей Александрой Федоровной, хотя добиться этого было очень непросто. В результате Балашовскому монастырю была оказана помощь, в которой он нуждался в связи с пожаром, который уничтожил в 1909 г. монастырскую паровую шестиэтажную мукомольную мельницу.

Матушка Мария, имея широкий кругозор, никогда не замыкалась в узких рамках Балашова и Балашовского уезда, стремилась превратить вверенную ей обитель в один из авторитетных центров духовной жизни. В этих целях ею были открыты несколько монастырских подворий в самых разных уголках страны: в Петербурге, Царицыне, селах Безродное (Верхне-Ахтубинское) и Заплавное (Нижне-Ахтубинское) Царевского уезда Астраханской губернии.

Каковы же были общие итоги деятельности настоятельницы Балашовского Покровского женского монастыря игуменьи Марии? К 1917 г. в обители проживали 96 монахинь, 264 послушницы и 33 воспитанницы детского приюта, т.е. 393 человека, что почти в три раза больше, чем в 1884 г. Вместе с насельницами монастырских подворий эта цифра возрастает до 436 человек.

При игуменье Марии на территории монастыря (кроме церкви во имя Покрова Пресвятой Богородицы, возведенной в 1862 г. на средства купца И.И. Иванова) были построены две домовые – во имя Казанской иконы Божией Матери в настоятельском корпусе и во имя иконы Пресвятой Богородицы Скоропослушницы и святой мученицы Параскевы Пятницы – при домике, в котором жил Преосвященный Павел. Близилось к концу строительство величественного двухэтажного монастырского Покровского собора в Балашове. Всего, вместе с подворьями, монастырь имел десять действующих храмов.

Динамично развивалось хозяйство обители. В монастыре было 40 различных зданий, в том числе 21 жилое помещение, включая три двухэтажных корпуса, два из которых были построены при игуменье Марии. Среди последних выделялся красотой и добротностью построек настоятельский каменный корпус, в котором располагалась живописная школа. Вся территория обители была обнесена каменной оградой со святыми воротами и тремя башнями. В городской черте были приобретены семь домов (для проживания монастырского священника, для «ссыпки хлеба» и т.д.).

Монастырь имел: двухэтажную каменную трапезную с пристройкой, каменную просфорную, больницу, детский приют, церковно-приходскую школу, где обучались 37 мальчиков и 64 девочки; гостиный дом; ткацкую, рукодельную и сапожно-башмачную мастерские, молочную ферму, две дачи, а также кухню, квасную, хлебную, баню, каменную конюшню «с верхом», каретник, две кузницы, колодец, четыре амбара, четыре зернохранилища, караульное помещение, ржаную, пять сараев, два каменных погреба, дровяник, ледник, два пруда, фруктовый сад площадью около восьми десятин, теплицу. Кроме того, монастырь имел шесть лошадей и две коровы, экипажи, «карету» медицинской помощи, тележки, телеги, сани.

В обители успешно развивалось садоводство, огородничество, пчеловодство, шелководство, скотоводство. Сестры обучались рукоделию, ткацкому мастерству, выделке ковров, вязали чулки, пуховые платки, шарфы, изготавливали скатерти, занимались переплетным делом, фотографией, чеканкой, изготовлением одежды и обуви, были искусными кулинарами и хлебопеками, позолотчицами. Все это позволяло обители, в большей степени, жить на заработанные упорным трудом средства.

Достижения монастыря демонстрировались на четырех выставках (1890, 1903, 1904, 1911 гг.), на которых он был награжден медалями, почетными отзывами и дипломами. На Всероссийской церковной выставке (1904 г.) Балашовский женский монастырь завоевал высшую почетную награду. Самоотверженное служение игуменьи Марии был отмечено двумя наперсными крестами: от Св. Синода в 1887 г. и из Кабинета Его Императорского Величества в 1903 г.

Таким образом, за годы правления игуменьи Марии возник целостный монастырский комплекс, обеспечивавший условия для молитвы, поста, свершения добрых дел. Монастырь помогал формированию духовно совершенных личностей, тружениц, стремившихся ко Спасению.

Однако все кардинально изменилось, когда в октябре 1917 г. к власти в стране пришли большевики, начавшие лютые гонения на Православную Церковь. Так, 9 октября 1918 г. решением Балашовского уездного исполкома «все монастырские и церковные имущества» передавались «в ведение Отдела Народного Образования».

Через месяц, 9 ноября 1918 года, местное «Бюро коммун» докладывало уездному земельному отделу о положении дел в Балашовском Покровском женском монастыре. В докладе говорилось, что игуменья монастыря «в настоящее время находится в самом критическом положении, осаждаемая каждый день неизвестными личностями, которые распоряжаются монастырским имуществом, как собственным…».

«…Все его (монастыря – Л.К.) культурное производство рушится, - подчеркивалось в докладе, - монастырские работницы стеснены солдатами, занявшие помещения последних. Разные мастерские монастыря превратились в жилые помещения за изгнанием монахинь из их квартир солдатами.

В образцово поставленном саду пасут скот гр. пос. Японии. Во многих жилых постройках проживают какие-то неизвестные личности. Скот, мебель и др. пред. увозятся разными советскими учреждениями без всяких расписок, и к довершению всех этих бедствий в прошлую ночь с 7-го на 8-е ноября в корпусе монахинь взломано несколько замков от сундуков последних и похищено последнее монашеское домашнее имущество: одежда, обувь и т.п.».

По указке из центра, по всей стране начались святотатства. Так, в Покровской монастырской церкви в феврале 1919 г. властями кощунственно были вскрыты частицы святых мощей Евфимия, Игнатия и Акакия Афонских, после чего они бесследно исчезли.

Окончательно монастырь был закрыт 23 апреля 1919 г. Один за другим закрыты были и монастырские подворья. Чтобы материально и духовно поддержать сестер, монахиня Мария организовала Покровскую трудовую артель, просуществовавшую несколько лет. Ее новая должность называлась "художница, насадительница культуры трудовой артели".

Все эти несчастья не могли не отразиться на здоровье Марии. В августе 1920 г. она скончалась от рака печени и была похоронена, вместе с умершими от тифа сестрами, на монастырском кладбище. Само же кладбище было закрыто в феврале 1924 года, а могилы позднее были сравнены с землей. Утрачены были и иерусалимские святыни, пожертвованные монастырю баронессой П.Г. Розен.

В 1922 г. неизвестными был вскрыт склеп с телом покойного епископа Павла в приделе недостроенного монастырского Покровского собора, затем останки таинственно исчезли. Видимо, верующие, опасаясь осквернения безбожными властями могилы, перезахоронили тело епископа Павла. В 1928 г. здание недостроенного монастырского собора было разобрано «на кирпич», несмотря на протесты верующих, неоднократно просивших власти дать им возможность достроить церковь и использовать ее по прямому назначению. Трагически сложились судьбы бывших насельниц Балашовского Покровского монастыря: многие из них погибли или попали в заключение в период массовых репрессий в 30-е годы прошлого века.

Жители Прихоперья свято чтят память об игуменье Марии и сестрах монастыря, других православных подвижниках. После образования Балашовской епархии Русской Православной Церкви в октябре 2011 г. произошел ряд знаменательных событий в церковной жизни Прихоперья.

В 2012 году, в ризнице кафедрального собора во имя Архангела Михаила, была обнаружена старинная икона. После реставрации выяснилось, что на ней изображены святые мученики Евфимий, Игнатий и Акакий, а в самой иконе находились частицы мощей святых, которые были спрятаны в иконе благочестивыми верующими, стремившимися предотвратить глумление над святынями со стороны безбожных властей в феврале 1919 г. 28 октября 2012 года, в день памяти святителя Афанасия (Сахарова), владыка Тарасий по завершении Божественной литургии в храме Преображения Господня г. Балашова совершил чин освящения и благословения иконы.

Распоряжением епископа Тарасия именем игуменьи Марии была названа епархиальная библиотека. 7 мая 2013 г. Преосвященнейший Тарасий совершил чин освящения часовни во имя Покрова Пресвятой Богородицы, которая возведена на месте разрушенной в годы гонений святой обители. У часовни установлен памятный камень-валун с мемориальной надписью.

24 мая 2013 г. в средней школе №5 г. Балашова состоялся спектакль «Игуменья Мария: жизнь и судьба» школьного театра-лектория "Преображение", посвященный жизни и деятельности настоятельницы Балашовского Покровского женского монастыря игуменье Марии, памяти погибших монахинь.

2 октября 2013 г. произошло исключительное по своей важности событие: Священный Синод Русской Православной Церкви (Журнал №123) постановил: «В связи с прошением Преосвященного епископа Балашовского и Ртищевского Тарасия открыть женский монастырь в честь Покрова Божией Матери в городе Балашове Саратовской области». Это постановление стало актом восстановления исторической справедливости, открыло новую главу в истории монашеской жизни на Хоперской земле.

10 октября в Епархиальном управлении состоялась пресс-конференция Епископа Балашовского и Ртищевского Тарасия, посвященная возрождению Балашовского Покровского женского монастыря. Вначале владыка ознакомил присутствующих с текстом постановления Священного Синода Русской Православной Церкви об открытии в г. Балашове Покровского женского монастыря, напомнил основные события из истории святой обители, существовавшей в 1884-1919 годах, поделился своими мыслями о перспективах развития монашеской жизни в епархии. «Символично, - подчеркнул епископ, - что Балашовский Покровский женский монастырь возрожден в октябре: в этом же месяце была образована святая обитель, которой более 30-ти лет руководила игуменья Мария (Мандрыка)».

14 октября, в день Покрова Пресвятой Богородицы, Преосвященнейший Тарасий совершил Божественную литургию в Преображенском храме возрожденной обители. В литургии участвовала настоятельница Пайгармского Параскево-Вознесенского женского монастыря игуменья Ангелина (Кузоятова). Затем был совершен крестный ход к Покровской часовне, возведенной в память о сестрах, репрессированных в 30-е годы прошлого века.

В 2014 г. была издана монография, посвященная игуменьи Марии и истории монастыря. С 2015 года ежегодно проводятся Епархиальные просветительские чтения памяти игуменьи Марии и репрессированных сестер.

Насельницы возрожденной обители исполняют послушания, используя Устав Дивеевского монастыря. Большая часть времени проходит за молитвой. По благословению владыки часть монашеского молитвенного правила сестры читают вместе: утром – утренние молитвы, полунощницу, акафист дню недели; днем – малое повечерие, каноны покаянный Господу, Божией Матери, Ангелу Хранителю и дню недели; вечером – вечерние молитвы, главу из Евангелия, две главы из Апостол. Рано утром сестры обходят обитель с Богородичным правилом. Вечером установлен чин прощения, когда сестры просят друг у друга прощение за вольно или невольно причиненные обиды. Каждый день сестры обители посещают утреннее и вечернее богослужение.

При возрожденном монастыре действует благотворительная столовая, воскресная школа для детей и взрослых, библиотека, золотошвейная мастерская, кружок рукоделия, где желающие могут вышивать, плести из бисера.

Планируется постройка дополнительных помещений: для воскресной школы, келий и мастерских (иконописной, багетной и др.). Развитие монастырских подворий (где будут располагаться сады, огороды и животноводческая ферма) позволит снабжать сестер экологически чистыми продуктами питания.

Первые практические шаги сделаны по устройству монастырского подворья в старинном с. Чириково Турковского района, расположенном в живописном месте на правом берегу Хопра.

Первым делом начались работы по восстановлению местного храма в честь Казанской иконы Божией Матери. Возведен он был в 1843 г. тщанием князя Василия Васильевича Енгалычева и его супруги Евдокии Федоровны, каменный, двухпрестольный. Главный престол – во имя Казанской иконы Божией Матери, в приделе – во имя преподобномученицы Евдокии.

В ограде храма были похоронены: Енгалычевы Василий Васильевич и его жена Евдокия Федоровна, князья, храмоздатели; Кожевникова Наталия Тимофеевна, купчиха, благотворитель храма; Кожевниковы Федор Абрамович, Анна Павловна, Иван Федорович, Василий Федорович, Григорий Федорович, потомственные почетные граждане, благотворители храма. Напротив церкви возведен небольшой храм в виде памятника над прахом храмоздателей, с престолом во имя священномученика Василия Херсонского.

В советское время церковь была заброшена и начала разрушаться. По инициативе Балашовской епархии местными жителями, а также прихожанами Балашова, других населенных пунктов благоустроена территория храма. Верующие принесли в церковь иконы, в т.ч. редкие, иные необходимые предметы. Вставлены окна, проведен текущий ремонт здания. Начались первые службы, осуществляемые клириками Балашовской епархии.

В 2014 г. Преосвященнейший Тарасий освятил купол и крест, воздвигнутые на Казанском храме. Кроме того, была открыта часовня, которая является центром святого источника, располагающегося недалеко от с. Чириково. Часовня возведена вместе с отдельно стоящей купальней. В этом же году, впервые на территории Балашовской епархии прошел многодневный крестный ход из Балашова в с. Чириково, ставший традиционным.

26 августа 2015 г. епископ Балашовский и Ртищевский Тарасий в Казанском храме с. Чириково совершил постриг в мантию инокини Неониллы (Касиенко) с наречением имени Евдокия, в честь преподобномученицы Евдокии Илиопольской.

Символично, что 16 апреля 2017 года, в день Святой Пасхи, было обретено пока единственное известное нам изображения игуменьи Марии. Таким образом, монашеская жизнь, прерванная большевиками в 1919 году, возобновилась. Сестры возрожденной обители с благодарностью используют опыт и традиции, накопленные их предшественниками на ниве Христовой, свято чтут память о погибших в годы лютых гонений насельницах Балашовского Покровского женского монастыря и его первой настоятельницы игуменьи Марии.

©Кузеванов Леонид Иванович, кандидат исторических наук, доцент; текст, 2017

На снимке игуменья Мария (Мандрыка). Фотография любезно предоставлена М.Н. Шашкиной (г. Саратов).

Повесть написана по материалам книги: Кузеванов Л.И. Церковная история Балашовского края. М.: Перо, 2016. Кроме того, использовались: Православная местная летопись: ХIII-XXI вв. /Сост. Л.И. Кузеванов. [Электронный ресурс]. URL: http://bs-t.3dn.ru/publ/27-1-0-456
(дата обращения: 17.04.2017); Записки баронессы Прасковьи Григорьевны Розен, в монашестве Митрофания //Русская старина. 1902. Вып. 4-6; Голубев С. Г. Описание пожертвованной в Балашовский Покровский женский монастырь Иерусалимской Святыни и торжественной встречи её в названной Обители //Саратовские епархиальные ведомости. 1898. № 22. Ссылки на документы и литературу см. в указанных выше работах.

См. монографию "История Балашовского края: проблемы методологии и историографии".

Вся информация, размещенная на данном сайте, предназначена только для чтения с экрана монитора и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме, иначе как со специального письменного разрешения НЭИ "Российская историография", автора и иных правообладателей. Все права защищены.

| Дата размещения: Вчера |


Аннотации

» См. все аннотации

© НЭИ "Российская историография", 2017. Хостинг от uCoz.